— Проходит стенку контейнера, — бесстрастно сказал военный министр. — Титановый сплав особой прочности. Теперь вы понимаете, Гиф?

— Профессор, что это за рыбы? — резко спросил президент.

— Это не рыбы.

— Вот как?

— Профессор полагает, что «Летучий Голландец» не что иное, как космический корабль, — недовольно сказал военный министр. — Так сказать, звездные гости.

— Забавно, — уронил президент.

Профессор вздернул голову.

— Эти так называемые рыбы и птицы не имеют аналогий ни с одним живым существом на земле, — надменно сказал он. — Судя по снимкам, они полностью лишены зрения, у них нет рта, зубов. Вообще непонятно, как они ориентируются в пространстве.

— Э… спасибо, профессор.

Профессор осекся на полуслове, с ненавистью поглядел на президента, потом на генерала, отвернулся, стал демонстративно рассматривать ногти.

— А вот съемки наземных баз, — сказал военный министр.

Сменяя друг друга, потянулись однообразные бетонные полигоны. Из открытых шахт торчали ракеты с изъеденными носами. Лохматился тусклый металл.

— В настоящее время мы потеряли тридцать процентов стратегических ракет и до сорока — тактического ядерного оружия, — продолжил военный министр. — При таком темпе через сутки армия лишится возможности наносить эффективные удары.

Он выпрямился.

— Решайтесь, Гиф.

— Гиф, вы запрашивали русских? Что у них? — быстро спросил советник.

— Нет, — нерешительно сказал президент.

— Почему?

Военный министр высоко поднял брови, как всегда, если разговаривал с гражданской администрацией.

— Мы не можем сообщать русским о потере боеспособности. Это равносильно измене.

Советник искривил губы.

— Генерал, я не хуже вас понимаю свой долг.

— Есть конкретный план, Гиф, — раздельно сказал военный министр.